28 ЯнвПочему канадский Ростсельмаш лучше российского?

Оригинал взят у zhanorus в Отличная статья К. Бабкин: Машиностроение в России – быть или не быть?

Константин Бабкин отказался переносить производство комбайнов из Канады в Россию.
Вопрос Бабкину:
В начале октября широко обсуждалась аналитическая записка, подготовленная вами по просьбе президента Владимира Путина, который поинтересовался, почему вам выгоднее построить тракторный завод в Канаде, чем в России. Последовала ли какая-то реакция на вашу записку?

Ответ здесь: http://www.umpro.ru/index.php?page_id=17&art_id_1=475&group_id_4=51

Константин Бабкин: Машиностроение в России – быть или не быть?

Состоявшийся в марте этого года Московский экономический форум задал новое направление в интеллектуальной дискуссии о путях развития России. Одним из организаторов форума являлся наш сегодняшний собеседник – Константин Бабкин, президент компании «Новое содружество», а также компании «Росагромаш» (включающей в себя легендарный «Ростсельмаш»).

– Константин Анатольевич, согласны ли вы с утверждением, что этой осенью Россия вошла в новый виток кризиса? Рост ВВП остановился, началась стагнация – это признают даже правительственные экономисты, например, глава Минэкономразвития РФ Алексей Улюкаев. Почему при том, что весь мир выздоравливает от кризисных явлений в экономике, Россия, наоборот, все сильнее погружается в них?

– Да, кризис вошел в новый этап, но я считаю, что он у нас длится, не прекращаясь, уже лет 25. Кризис в России начался, когда мы потеряли национальную идеологию и не нашли никакую другую. Перед нашей встречей я был в командировке в Японии. Так вот, японцы удивляются: почему в 1980-е годы мы могли соревноваться с США в сфере технологий, а сейчас – нет? Ответ, как ни странно, лежит в сфере нематериальной.

Динамика величины налога на прибыль в зависимости от пропорции затрат на НИОКР из прибыли в России и Канаде (прибыль = 100 млн. долларов США)

В государстве отсутствует внятная экономическая политика. Нет стратегической цели, есть только цели тактические – вступить в ВТО, построить Сколково. Все это не имеет ничего общего с созданием новых рабочих мест, развитием производства. Как не быть кризису, если, по всем признакам, правительство даже не думает о созидании?

Кризис экономический смягчается тем, что все эти годы у правительства было много денег от продажи сырья, нефти и газа. Но сегодня деньги уже не спасают, и духовный кризис усиливает проблемы экономики.

Что нас ждет? Либо Россия повторит путь Украины, где в обществе утвердились апатия, неверие в перемены к лучшему, и, как следствие, началась массовая эмиграция, либо правительство одумается…

– В начале октября широко обсуждалась аналитическая записка, подготовленная вами по просьбе президента Владимира Путина, который поинтересовался, почему вам выгоднее построить тракторный завод в Канаде, чем в России. Последовала ли какая-то реакция на вашу записку?

– Пока никакой реакции… Совещание у Путина было в четверг (17 сентября), я попросил своих менеджеров и в России и в Канаде выйти на выходные, за три дня мы подготовили подробный сравнительный анализ условий работы в нашей стране и за рубежом. Во вторник я отправил доклад в Администрацию президента. Несколько недель подождал, и поскольку ничего не происходило, я выложил доклад в открытый доступ.

– Отличается ли ментальность российских и канадских сотрудников – руководителей, инженеров, рабочих? Может быть, у наших людей несовременное мышление, подходы к организации труда, технологиям? Вы видите в этом проблему или она – производное от той политики, которую проводит правительство?

– В России архаичны нерыночные предприятия, контролируемые государством, чиновниками, которые ставят неправильные задачи и решают их неправильными методами. Под их контролем предприятия живут по ненормальным законам. Наше сельхозмашиностроение – отрасль достаточно динамичная, я не вижу такого большого разрыва в ментальности работников, менеджеров.

Расчет коммерческой целесообразности переноса производства тракторов из Канады в Российскую ФедерациюКонечно, в Канаде предприниматели более свободны, уверены в будущем, потому что знают, что за ними – государство, что оно не будет делать сумасшедших вещей – там все же власть более логична. Наши бизнесмены более нервные, потому что российское государство непредсказуемо.

Вот в этом году на 60% подняли цены на электричество. Снова расскажу о Японии, там электричество подорожало на 30%. Но у японцев причина есть, они после аварии на Фукусиме остановили все атомные станции. А почему у нас электричество на 60% подорожало – этому объяснения нет. А что нас ждет в следующем году? Не подорожает ли электроэнергия еще на 100%?

Руководители предприятий не уверены в своем будущем. Власти заявили о замораживании тарифов, а мы не верим, что не поднимутся цены. Тариф, может быть, заморозят, но введут еще какие-нибудь платежи: штрафы, коэффициенты.

Мы направили наших трех менеджеров на завод в Канаде, и они там успешно руководят предприятием. Завод развивается, и производство растет. В цехах тоже можно слышать русскую речь, там работает немало эмигрантов. Так что люди – те же самые. Просто у нас другая экономическая среда. И я бы повторил, что проблема в правительстве, в том, как оно работает, какие цели ставит.

– Сколько человек сейчас работает на «Ростсельмаше»?

– С учетом дочерних предприятий – 10 тысяч человек.

– В западных концернах производство децентрализовано, очень важную роль играет субконтрактация. В России принято все производить в рамках одного предприятия. Это от того, что негде взять субподрядчиков, от отсутствия малого и среднего производственного бизнеса?

– Это правда. Современная экономическая политика выбивает мелких производителей. Мы – производители конечной продукции, комбайнов, – живем в очень нестабильном рынке, объем производства постоянно скачет то вверх, то вниз. А у наших поставщиков эти «горки» в десять раз выше, потому что мы им то «срезаем» заказ, то требуем срочно увеличить производство. Многие малые и средние предприятия в таких условиях не выживают, и это ведет к тому, что мы концентрируем производство на таких крупных предприятиях замкнутого цикла.

– Надо понимать, ваша отрасль сильнее всех пострадала в результате вступления страны в ВТО?

– Мы просто громче всех говорим об этом, более откровенно, чем другие. Но я вижу, что от ВТО никто не выиграл. Даже отечественные металлурги и производители химических удобрений – те, кто были основными лоббистами вступления в ВТО, – сейчас в убытках. Владельцы розничных сетей были уверены, что вот сейчас пошлины отменят, и им можно будет продавать больше импортных товаров, которые станут дешевле, – но и там все вниз пошло. Я не знаю, кто выиграл, кроме, может быть, каких-то чиновников. И не думаю, что производители сельхозтехники пострадали больше всех. Да, сельскохозяйственное машиностроение в этом году продало продукции на 20% меньше, а  автомобилестроение – на 30% меньше! Автопроизводители, правда, говорят: нет, это не из-за ВТО. Но, думаю, они лукавят. Это, кстати, тоже проблема России, мы боимся говорить правду, славословим начальство, молчим – и от этого проблемы только усугубляются.

– Почему российские предприниматели не могут торговать за рубежом? Вот по всему миру продаются в магазинах «русских продуктов» бублики, тушенка, селедка – не отличишь от наших. Но эти товары «российских брендов» произведены в Германии, в Польше – где угодно, только не в России!

– Как раз об этом написано в моей записке. Все понятно: кредиты, налоги, стоимость ресурсов, отсутствие поддержки экспорта – все это выливается в огромную разницу в рентабельности производства у нас и на Западе.

– В журнале «Умное производство» опубликована серия аналитических статей и интервью, посвященных созданию самолета «СуперДжет 100». Из этих материалов становится ясно, что вопрос даже не в том, умеем ли мы делать самолеты – это умение еще осталось. Проблема в неконкурентных условиях поставки. Это же лизинговые схемы, и, наверное, у вас с комбайнами та же проблема? Если авиастроители пытаются ее решать путем создания совместных предприятий, кредитования за рубежом, то как выходите из положения вы в своей отрасли?

– В Российской Федерации есть «Росагролизинг», который покупает у нас технику и отдает крестьянам, по-моему, под 8% годовых. Это, конечно, дешевле, чем 15%, но гораздо дороже, чем в развитых странах. Процентов 10 продукции «Ростсельмаша» идет через эту схему. Новая программа дотирования производства сельхозтехники была запущена в конце лета, но еще полностью не заработала, прошло ничтожно мало сделок.

То есть государство что-то иногда пытается сделать, чтобы помочь отечественному производителю, но это получается несистемно, неуклюже и вообще не всегда работает. Пока что российских производителей отчасти «спасают» более низкие зарплаты, чем у зарубежных коллег, и отчасти более дешевые ресурсы – прежде всего нефть и газ.

Анализ возможности переноса производства тракторов из Канады в Россию по укрупненным статьям, $ млн

При этом постепенно производство выдавливается в другие страны. У нас десять лет назад было пять комбайновых заводов, теперь остался один. Сейчас набирает силу тенденция: закрываются литейные производства, мехобработка – все заказы уходят в Китай. Оборудование сдается в металлолом, десятки тысяч рабочих мест сокращаются. Это сегодня массовое явление во всех отраслях. Так мы решаем проблему «доступного лизинга». Сейчас отечественные предприниматели в Россию почти не инвестируют, деньги отсюда бегут.

– В последние годы на предприятия ОПК в рамках федеральных программ пришли большие деньги, и начались позитивные процессы модернизации. Появились такие инжиниринговые фирмы, причем российские, которые могут в той же мехобработке поднять производительность труда в пять-десять раз (к примеру, компания инженерного консалтинга «Солвер»). Но когда смотришь на рыночный сектор, туда, куда не поступают государственные средства, то ситуация совершенно другая. Такое ощущение, что чиновники хоть и говорят о рынке, но в рынке работать не умеют. Представления о развитии промышленности у них из прошлого: дать военным денег, и тогда все заработает. Но, например, ситуация с «СуперДжетом» показывает, что открываются такие проблемы, которые даже никто не обсуждает – ни на уровне правительства, ни на уровне директоров. Есть несколько десятков человек на всю страну, которые понимают суть проблемы… Это очень печальная ситуация, поскольку если так пойдет, то мы потеряем все невоенное машиностроение.

– А что мы уже, собственно, не потеряли из невоенной промышленности? Автомобилестроения по сути нет, я не говорю о сборочных производствах, созданных для ухода от таможенной пошлины. Гражданское авиастроение потеряли – тот же «СуперДжет», он же на дотациях, производство пока нерентабельно. Одежда вся импортная, мебель импортная, еда импортная.

Я верю, что у России до сих пор огромный потенциал. У нас есть все для динамичного развития. Не только ресурсы. В России много земли, огромный внутренний рынок, есть люди, которые могут и умеют работать. Если появится еще и адекватная экономическая политика, то у нас откроется эльдорадо, мы реализуем свои безграничные возможности. Россия может быстро достичь экономического бума, подобного тому, что испытала Япония в 1970-е годы, или тому, который сейчас испытывает Китай, а чуть раньше – другие азиатские страны. Мы буквально на пороге резкого скачка вперед. Единственное условие – надо поменять политику правительства. Вот эту идею мы и пытаемся донести в массы – в том числе через организацию экономического форума.

Получается или нет? Медленнее, чем хотелось бы – но народ читает, разделяет наши мысли, началась дискуссия.

Сравнение среднемесячной чистой (на руки) заработной платы в России и Канаде по основным специальностям, рублей

Мы видим, что можно легко увеличить объемы производства сельского хозяйства в три раза и занять работой миллионы людей. «Дорожную карту развития сельского хозяйства» я на том же совещании, на котором у меня состоялся разговор с Путиным, дал президенту, мы разослали ее по правительственным структурам. Но реакции от госорганов нет. Казалось бы, очевидные вещи но почему-то они не реализуются.

У государства, разумеется, есть свои программы. Например, в федеральной целевой программе развития АПК написано, что мы будем развиваться темпами до двух процентов в год (!). Судя по всему, цель развития вообще не ставится, главное – освоение бюджетных средств. Т.е. опять же иллюстрация огромного разрыва между нами, жителями, и чиновниками.

– Известна проблема готовых технологий, в том числе в сельском хозяйстве. Ведь далеко не все фермеры имеют соответствующее образование, опыт… И при этом сегодня каждый – сам себе «режиссер», и сам определяет, какие удобрения вносить, как перерабатывать продукцию. На Западе фермер чаще всего задействован в технологической цепочке крупной корпорации, выращивает продукцию для большой компании и получает от нее все регламенты. Почему бы вам не предложить некие технологии, скажем, для Нечерноземья?

– «Ростсельмаш» поставляет комплексы для зернового растениеводства, как раз всю технологию – и посевные машины, и уборочные, и опрыскивательные, т.е. все оборудование для больших хозяйств. Конечно, эта проблема не везде решена. Например, животноводам из Вологодской области никто не поставляет под их нужды животноводческие комплексы. Но тут мы опять видим, что нужно сочетание государственной политики (которой в этой сфере вообще нет) и выгоды производителя. Если это будет привлекательно с точки зрения бизнеса, образуются фирмы, придут консультанты. Если не выгодно и никто не верит в успех, а молочное производство умирает – бесполезно теоретизировать на этот счет.

Сравнение структуры затрат предприятия на оплату труда квалифицированного работника цеха в России и в Канаде в 2012 году

Андрей Даниленко, возглавляющий Союз производителей молока, на наших слушаниях в Госдуме, посвященных годовщине вступления в ВТО, рассказывал, что молочная отрасль России оказалась в тяжелом положении. С одной стороны, «товарищи по Таможенному союзу» из Белоруссии задавили, с другой – после вступления в ВТО вырос импорт сухого молока. Привозят порошок из Аргентины, «бодяжат» и продают под видом молока. И как наш фермер, тверской, костромской, рязанский, который реально содержит корову, доит ее, производит настоящее молоко, может конкурировать с этой химической индустрией? И никто не проверяет, настоящее или нет молоко на прилавках. Опять же работает лобби, а чиновники не заинтересованы защищать местных производителей и потребителей.

– Вопрос к вам как к гражданину. А почему у нас так? Почему никто ни в чем не заинтересован? Когда с людьми, которые принимают решения, разговариваешь с каждым в отдельности, вроде все нормальные люди, переживают за Родину. А собираются вместе – всем все равно.

– Видимо, это последствия психологической травмы, которую нанесли россиянам 20 лет назад, последствия разочарования. Глухо в головах – и наверху, и у нас, внизу, поскольку мы смиряемся с этим, как люди, которых по «башке» ударили очень сильно. Я думаю, что мы должны преодолеть это состояние. В меру сил мы над этим работаем. Спасибо, что вы нас поддерживаете.


Справка

Константин Анатольевич Бабкин – президент ЗАО «Новое содружество» и ассоциации «Росагромаш», депутат Новгородской областной думы, председатель федерального политического совета «Партии дела».

Родился в 1971 году в городе Миасс Челябинской области. В 1994 окончил факультет молекулярной и химической физики Московского физико-технического института.

В 1992 г. был соучредителем ЗАО «Производственное Объединение Содружество». С 2005 г. – президент ЗАО «Новое содружество». Компания объединяет 20 предприятий, расположенных в Ростовской области, Москве, Казахстане, на Украине, в Канаде и США. Ключевыми активами холдинга являются Ростсельмаш, Эмпилс и Buhler Industries, годовой оборот – более 600 миллионов долларов. В 1996-1999 годах был заместителем генерального директора ЗАО «Новый Мыловар» (Москва). В 1999-2002 гг. был генеральным директором ООО «Фирма Сириус-Центр» (Смоленская область), в 2002-2005 – ООО «Евростратегия» (Москва).

В 2002 году Бабкин стал одним из учредителей и членом центрального совета движения «Аграрная Россия». С 2003 является членом правления Российского союза промышленников и предпринимателей. В ноябре 2004 года избран на должность президента ассоциации «Росагромаш». Является членом бюро центрального совета Союза машиностроителей России.

8 октября 2006 года избран депутатом Новгородской областной думы четвертого созыва по списку партии «Свободная Россия», который возглавлял. Член депутатской группы «Вече», член комитета по бюджету, финансам и экономике.

3 сентября 2010 года выступил инициатором создания Оргкомитета ВПП «Партии дела». 14 октября на Учредительном съезде партии избран председателем федерального политического совета партии.

Женат, три сына и две дочери.

http://yuryper.livejournal.com/901124.html

хорошоплохо (никто еще не проголосовал)
Loading...Loading...
No comments

Place your comment

Please fill your data and comment below.
Name
Email
Website
Your comment